09:40 

Фанфик| Гарак/Башир

Botan-chan
Пишу за фидбэк.
Автор: Botan-chan
Соавтор идеи: TedTheFat
Фэндом: Star Trek: DS9
Жанр: джен, романс, АУ
Категория: слэш
Пейринги, персонажи: Башир/Гарак, Дукат, Кира (намёк на Дукат/Кира), Дамар, Виюн, остальные
Рейтинг: PG-13(?)
Саммари: при сдаче ДС9 Доминиону Башир и Гарак остаются на станции.

Пролог, глава 1, глава 2, глава 3, глава 4, глава 5, глава 6, глава 7, глава 8

Глава 9

С некоторых пор Виюн предпочитал работать после наступления условной «ночи», когда большая часть гуманоидов тратила время на сон. На станции сразу становилось спокойнее, и резко снижалась вероятность, что кто-нибудь помешает. Сейчас перед Виюном стояла задача изучить военные рапорты и отчёты о ситуации на Баджоре и составить по ним краткий доклад для Основательницы. Также его ждала новая статья Джейка Сиско, работа с которой, Виюн не сомневался, окажется пустой тратой времени. Джейк Сиско оказался совершенно необучаем и с поразительным упрямством продолжал подавать информацию о Доминионе в той форме, которая была неприемлема для пропуска к широкой публике. Виюн никак не мог решить для себя, является ли это свидетельством недостаточного интеллекта или неумением правильно оценивать полученный опыт. Однако забраковать статью, не просматривая, даже не пришло ему в голову.
Работа с военными сводками, более чем удовлетворительными, как раз подходила к концу, когда в кабинет начальника станции вошёл Одо. Виюн поспешно поднялся и почтительно поклонился. Одо чуть кивнул в ответ, подошёл к столу и остановился напротив Виюна.
– Что вам известно о ситуации на Баджоре? – спросил он, не тратя время на принятые у гуманоидов, но не нужные вортам знаки вежливости вроде приветствий. Виюн слегка обеспокоился и опустил взгляд на падд с докладами.
– Прошу прощения, Основатель, я только собирался ознакомиться с последними сводками. Но сообщений о чрезвычайных происшествиях не поступало.
– Я не имею ввиду какие-либо экстренные обстоятельства, – успокаивающе сказал Одо. – Я говорю об общем положении вещей.
Виюн вышел из-за стола, потому что стоять над креслом было неудобно, а садиться без позволения в присутствии Основателя он не решался. Обычно их не волновали подобные мелочи, но Одо, который вырос среди «твёрдых» и привык использовать принятые среди них невербальные способы коммуникации, мог счесть это неуважением.
– На Баджоре были волнения, однако по моей информации текущее правительство справляется с ситуацией. Пока нам даже не пришлось использовать джем’хадар для подавления беспорядков. В общем, можно сказать, что баджорцы интегрируются в Доминион, хотя менее успешно, чем кардассианцы. Настроения сопротивления ещё присутствуют, – сказал Виюн.
Одо согласно кивнул.
– Всё верно, но слишком поверхностно. Вы понимаете, что основная причина недовольства баджорцев действиями правительства – страх перед Кардассией?
Несколько секунд Виюн молчал, подбирая правильные формулировки. Наконец он ответил, немного медленнее, чем ему хотелось бы:
– Я предполагал это. Кардассия не влияет и не может влиять на политику Доминиона, она признала своё подчинённое положение. Прошло уже достаточно времени, чтобы убедиться в этом, но я осознаю, что народу Баджора может быть сложно усвоить этот факт, – не говоря о том, что повиновение Кардассии до сих пор вызывало у Виюна известные сомнения.
– Гуманоиды руководствуются больше эмоциями, чем рациональным анализом, – согласился Одо. – А память об оккупации вызывает у баджорцев чрезвычайную эмоциональную реакцию. Поэтому к нам до сих пор относятся настороженно. Если выражаться предельно прямо, Баджор боится и не доверяет Доминиону, и не готов сотрудничать с нами, даже во вред себе. Не говоря о том, что страх может в любой момент привести к взрыву. В буквальном смысле, учитывая богатый террористический опыт большой части граждан.
Виюн не отрываясь смотрел на Одо. Он не знал, чего именно ждёт от него Основатель. Виюн привык, что если он совершает ошибку, на неё указывают и выдают новые инструкции. А если нет непосредственных чрезвычайных обстоятельств, Основатели не вмешиваются в дела ворт. Сейчас Одо не обозначил конкретный промах Виюна, но явно был недоволен общим развитием ситуации.
– Джем’хадар на планете обеспечили бы безопасность и быстрое наказание тех, кто начнёт устраивать беспорядки, – наконец сказал Виюн. – Но Дукат убедил меня, что это резко обострит конфликт. Он долгое время работал с Баджором, и я счёл, что его опыт позволяет оценивать обстановку более адекватно, чем мой.
– В данном случае Дукат прав, – подтвердил Одо. Он стоял перед Виюном в своей обычной позе, сложив руки за спиной, очень прямо и без движения. – Прибытие солдат только усилит страх, а значит, риск. Нет. Намного продуктивнее будет, если вы встретитесь с правительством Баджора, в первую очередь, с Кай и первым министром, и дадите гарантии безопасности от Кардассии. Именно вы, как тот, кто контролирует действия Дуката.
Виюн задумался. Он не встречался с правительством Баджора и не считал это необходимым. Иерархия Доминиона строилась на принципе делегирования полномочий. Делами на местах занимался тот, кто лучше всего разбирался в вопросе, отчитываясь о своих действиях и получая распоряжения сверху. Вышестоящие не вмешивались в дела нижестоящих, если не возникало кризисов. Такими были отношения Основателей и ворт, ворт и джем’хадар, ворт и представителей гуманоидных рас, присоединённых к Доминиону. Виюн не отвечал за организацию жизни баджорцев, поэтому не контактировал с местными управленцами лично, поглощённый проблемами станции, войны и вайта. Однако теперь он думал, что не учёл особенности ситуации на Баджоре, которые сделали стандартный подход неоптимальным.
– Я сожалею о своей невнимательности, Основатель Одо, – сказал Виюн после долгой паузы. – Мне следовало проанализировать положение более тщательно и внести коррективы в стандартную схему работы. Я найду возможность встретиться с Кай и министром в ближайшее время.
Лицо Одо не изменилось, но он сказал:
– Хорошо.
Этого было достаточно, чтобы Виюн испытал облегчение и радость от того, что, несмотря на промах, его действия представляются Основателю удовлетворительными. Между тем Одо продолжал:
– Я должен указать вам на некоторые факты, имеющие значение при общении с лидерами Баджора. Власть у них делится между кабинетом министров и Кай, духовным лидером, полагаю, это вам известно.
Виюн кивнул. В любой другой ситуации он бы отнёсся к подобному социальному строю негативно, поскольку верования во власть воображаемых сущностей излишни в любом обществе. Однако и в этом аспекте Баджор оказался особенным: его довольно примитивная религия имела предельно практическое применение. Пророки Баджора были реальностью. Если говорить откровенно, их существование заставляло Виюна время от времени беспокоиться. Присутствие поблизости расы, чьи представители обладают способностью влиять на время, не имеют материальной формы и крайне непредсказуемы при контактах, нарушало правильный порядок жизни и несло угрозу. Но Виюн предпочитал верить утверждениям, что Пророки не вмешиваются в чужие дела, если только речь не идёт об опасности уничтожения Баджора. В этом было больше смысла, чем беспокоиться о том, чего всё равно нельзя изменить, а Доминион не располагал средствами для борьбы с нематериальными существами.
– К юрисдикции Кай относятся вопросы церкви, дипломатии, пропаганды, СМИ и прочих подобных вещей, связанных с общей социальной политикой и идеологией, – говорил Одо. – Организацией торговли, экономики и производством занимается кабинет министров. Таков порядок, это вы тоже должны знать. Однако есть проблема, заключающаяся в том, что нынешняя Кай, госпожа Винн, всегда стремилась сосредоточить в своих руках полную власть, не только ту, которая полагается ей по должности. Её амбиции в прошлом не раз могли привести к неприятным последствиям, если бы не вмешательства майора Киры, меня и капитана Сиско с его статусом Эмиссара.
Одо замолчал, пристально глядя на Виюна, словно чего-то ждал. Виюн задумался, чувствуя в озвученных фактах некоторое противоречие.
– Кай – духовный лидер Баджора, – медленно сказал он. – Как правило, для мало развитых культур «твёрдых» религия является способом регулировки морали, этого заменителя понимания порядка. Баджорский культ поклонения Пророкам выполняет эту функцию. Но получается, что на должности, подразумевающей определение понятий «правильно», и «неправильно» оказался человек, чьи поступки и мотивация настолько пагубны? Разве это не следует считать грубой ошибкой?
Одо некоторое время молчал, словно задумался о чём-то или искал подходящую формулировку для ответа.
– Мне сложно это понять, – ответил он после продолжительной паузы. – Но не всегда есть прямая связь между моральными качествами главы церкви и результатами её воспитательной и регулирующей деятельности. Если вам интересно, то вы можете уточнить работу этого механизма у доктора Башира. Он совмещает умение мыслить как гуманоиды с достаточной упорядоченностью, поэтому, вероятно, сможет пояснить действие этого феномена лучше меня.
– Прошу прощения, если этот вопрос вас слишком обеспокоил, – поспешно извинился Виюн.
– Не стоит. Понимание хаотичных проявлений «твёрдых» помогает в работе с ними, ваш интерес похвален. Однако сейчас я веду речь о другом, – Одо сделал ещё одну короткую паузу, Виюн терпеливо ждал. – Порядок распределения власти установлен и хорошо работает, его нет смысла менять. Поэтому я считаю, что не следует позволять Кай получить больше власти, чем ей положено.
– Если Кай Винн нарушает закон, её следует сместить с должности и судить, – нахмурился Виюн, но Одо резко оборвал его:
– Нет, – и тут же смягчил тон до прежнего ровного спокойствия. – Подобная инициатива наверняка испугает баджорцев сильнее. После покушения на их лидеров они решат, что мы собираемся превратить их в бесправных рабов, как раньше сделала Кардассия. Это противоречит политике и обещаниям Доминиона.
– Разумеется, народу будут озвучены доказательства неправомерных действий Кай…
– Нет, – повторил Одо. – Нам не поверят. Решат, что наши обвинения сфабрикованы. Начнутся волнения. Мы без труда подавим их с помощью джем’хадар, но о добровольном сотрудничестве с Баджором после этого придётся забыть. У нас всё ещё продолжается война с Федерацией. Кроме того, Доминион несёт правильный порядок, а не насаждает бессмысленную тиранию, поэтому я считаю недопустимым развязывать конфликт с Баджором без веских причин.
– Разумеется, вы правы, Основатель, но что тогда я должен делать? – несколько растерянно спросил Виюн.
– Ничего особенного, – в голосе Одо появилась тень успокаивающих интонаций. – Просто у меня есть несколько… скажем так, рекомендаций, которые помогут провести предстоящий разговор с наибольшей продуктивностью.
Виюн склонил Голову перед Одо.
– Я слушаю вас внимательнейшим образом, Основатель.

***

Прибытие Винн и Шакара состоялось через несколько дней, и сложности начались уже на этапе их встречи. Когда станцией управлял Сиско, всё было просто: согласно уставу Звёздного Флота любых высокопоставленных гостей должен встречать командующий. Но в иерархии Доминиона Одо и Виюн были выше Кай по положению, Дуката баджорцы воспринимали как врага, а эскорт из кардассианцев и джем’хадар мог как испугать их, так и оскорбить, если бы его приняли за конвой.
Откровенно говоря, Одо все эти нюансы порядком раздражали, он не видел смысла вообще в каких-либо почётных встречах. Однако за время работы с Сиско и Дукатом, Одо усвоил, что большинство гуманоидов, особенно наделённых властью, болезненно воспринимают отсутствие внимания к своим персонам. Кроме того, следовало учесть общую напряжённую атмосферу на Баджоре и самолюбие Винн. Таким образом, Одо и Кире пришлось потратить несколько часов на обсуждение, прежде, чем они нашли решение, как правильно настроить Виюна на встречу, и как именно эту встречу следует начать, и каким образом желательно продолжить.
Теперь Одо вместе с Дукатом и Виюном ждал в командном центре. Корабль с Баджора встречали Кира и Дамар в сопровождении всего пары солдат – кардассианца и джем’хадар. Одо ознакомился с личными делами членов баджорской СБ, которые сопровождали Винн и Шакара, и решил, что дополнительные меры безопасности не требуются. Он знал этих людей и считал их профессионализм и благоразумие достаточными, чтобы не возникли неприятности.
По мнению Одо, если и стоило ждать проблем, то совсем с другой стороны. Он невольно повернул голову, внимательно рассматривая Дуката. Тот выглядел совершенно невозмутимым, и Одо не мог определить, о чём он думает.
При том, какие отношения сложились у Виюна и Дуката, Одо допускал, что Дукат может попытаться сразу перехватить инициативу в разговоре, и вряд ли это будет хорошо воспринято. Им следовало убедить Винн и Шакара в том, что кардассианцы не представляют угрозы для Баджора, в первую очередь, благодаря руководству Виюна. Этой цели не удастся достигнуть, если Дукат начнёт вести себя, как командующий.
Однако Дукат был и оставался истинным кардассианцем, а значит, инстинктивно умел чуять границы допустимого. Одо хорошо помнил, как при всей его строптивости и несогласии с политикой командования, он всегда своевременно отступал и прогибался под приказы сверху, и при необходимости прекрасно создавал иллюзию полного подчинения начальству. Сделает ли это Дукат ради Виюна, Одо не брался предсказать.
А ещё не следовало забывать о том, что первый министр Шакар был террористом, ячейку которого Дукат пытался выявить долго и безуспешно. И Одо точно знал, что эта неудача в своё время изрядно уязвила его гордость. Кардассианцы всегда умели откладывать эмоции ради прагматичной выгоды, и легко было обмануться, решив, что так они поступают всегда, но Одо лично видел, как в самый непредсказуемый момент это хладнокровие ломается под наплывом чувств. Дуката, сломавшего себе жизнь ради Зиял, следовало приводить в пример первым.
В общем, Одо не представлял, как поведёт себя Дукат на этих переговорах, и даже не мог выдать ему чётких указаний, потому что рисковал вызывать подозрения без гарантии, что приказы выполнятся нужным образом. Такая неопределённость Одо раздражала.
– Приятно будет поздороваться со старыми друзьями, – сказал Дукат, и Одо понял, что тот уже какое-то время смотрит в ответ. Он пожал плечами и отвернулся, стараясь изобразить равнодушие.
– Вряд ли министра Шакара можно назвать вашим другом.
Дукат усмехнулся.
– Ну, наши разногласия в прошлом. Сейчас обстоятельства совсем иные, и я уверен, мы найдём общий язык. И моё глубочайшее уважение к министру в этом поможет, – Дукат повернулся к Виюну. – Должен вам сообщить, что министр Шакар действительно выдающийся человек. В своё время мы так и не смогли его поймать, и, поверьте, это не было результатом недобросовестности или же недостаточного профессионализма. Его способности вести дела следует признать почти равными кардассианским, а командование ограничивало меня в методах. Если бы у нас с Одо появилась возможность действовать на своё усмотрение…
– Дукат, – сухо перебил Одо, узнав в его голосе самодовольные интонации, служившие признаком того, что речь затянется, – напомню вам, что я никогда не участвовал в борьбе с террористами. Я всего лишь следил за порядком на станции.
Дукат широко улыбнулся ему.
– Разумеется, и великолепно следили. Я всегда восхищался вашей приверженностью справедливости, без оглядки на участвующие в конфликте стороны. Но я уверен, что если бы обстоятельства сложились иным образом, и мне не мешали, а вы всё же выбрали сторону, то мы обязательно справились бы с Шакаром, несмотря на его выдающиеся таланты. Мы с вами всегда хорошо работали вместе, не так ли?
Виюн едва заметно нахмурился и вопросительно посмотрел на Одо. Одо хмыкнул.
– Работать с вами было… удовлетворительно, – сказал он с паузами, не совсем понимая, какие чувства вызывает у него этот факт и его признание вслух. Кира была бы недовольна подобными словами, но солгать Одо тоже не мог. – Не менее удовлетворительно, чем с капитаном Сиско. Иногда даже более, – зачем-то добавил он, словно назло мимолётному порыву принизить способности Дуката в угоду неприязни Киры.
– О, – в голосе Дуката смешались удивление, веселье и торжество. – Мне очень приятно слышать это. А я уже начал думать, что успел чем-то вызвать ваше недовольство или обидеть.
– Нет, ничего такого, – заверил Одо, не до конца уверенный, что Дукат подразумевает или ждёт от него.
– Я рад… – начал Дукат, но тут раздался сигнал от двери, и в конференц-зал вошли Винн и Шакар в сопровождении Киры и Дамара.
Виюн шагнул вперёд, надевая свою обычную приветственную улыбку, Дукат неторопливо повернулся к новоприбывшим всем корпусом и остался на своём месте, позади Виюна. Его лицо выражало приветливость, но Одо улавливал в его позе, в напряжённой шее скрытую готовность атаковать.
– Приветствую вас, господа. Мы очень, очень счастливы видеть вас. Прошу, присаживайтесь, – Виюн указал на кресла, старательно транслируя радушие.
– Благодарю вас за оказанную честь, – ровно ответила Винн, глядя сначала на Виюна, потом мельком на Одо с Дукатом и снова на Виюна. – Я рада встретиться с вами после такого долгого ожидания.
Она неторопливо подошла и положила руку на спинку ближайшего кресла, но не села. Одо видел едва заметные заминки в движениях Винн, словно она сомневалась в правильности своих действий. Её взгляд был острым и настороженным, и в какой-то степени Одо радовался, что тяжесть разговора с ней ляжет не на его плечи. Шакар стоял за её спиной и не сводил взгляда с Дуката, и его лицо было совершенно неподвижным.
Одо прошёл к креслу во главе стола и сел.
– Прошу вас, – повторил Виюн, опускаясь справа от Одо. Дукат с невозмутимым видом занял место слева.
Кай Винн ещё краткое мгновение колебалась, потом они с Шакаром сели возле Виюна. Одо бросил взгляд на дверь, у которой до сих пор стояли Кира и Дамар. Дамар казался слегка обеспокоенным, кардассианские правила предписывали ему оставить вышестоящих одних. Но на лице Киры застыло выражение упрямства, которое ясно говорило, что она не собирается и шага сделать без прямого приказа. Её взгляд на Одо на секунду стал почти умоляющим. Одо ещё мгновение смотрел на неё, потом отвернулся, делая вид, что ничего не происходит, и что в комнате нет никаких лишних людей. Виюн поймал его жест и, так же не обращая внимания на Киру с Дамаром, обратился к Винн:
– Мне крайне интересно знакомство с вами, господа. Я немало слышал о вас обоих. Однако мне сообщили, что вас на станцию привели какие-то проблемы. Что случилось?
Винн снова быстро взглянула на Дуката.
– Позвольте уточнить, могу ли я сразу перейти к делу и говорить прямо, или в Доминионе есть какие-нибудь… протоколы для обсуждения дел.
Виюн поднял брови.
– Нет, ничего подобного, наоборот, мы ценим краткость и практичный подход.
– Я судила по традициям Кардассии, которые совершенно иные, – пояснила Винн, и Одо тоже невольно покосился в сторону Дуката.
Тот с обворожительной улыбкой смотрел на Винн и, казалось, внимал каждому её слову. Одо не поверил его великолепному дружелюбию ни на миг. Шакар настороженно хмурился.
– К сожалению, у нас действительно есть проблемы, – продолжила Винн. – Люди плохо представляют, чего им ждать от вас и от Кардассии. Кроме того, из-за войны мы отрезаны от привычных торговых партнёров, и скоро окажемся лишены многих необходимых вещей.
– Уважаемые Кай Винн, министр, замечу, что я отсылал правительству предложения о взаимовыгодных договорах, – немедленно вмешался Дукат.
Винн поджала губы и послала Дукату крайне враждебный взгляд.
– Думаю, вы понимаете нашу недоверчивость, – быстро сказал Шакар, явно не давая ей заговорить. – Хотя эти предложения довольно интересные и неожиданно щедрые, – он пристально изучал Дуката. Тот ответил слабой высокомерной усмешкой.
– Шакар, боюсь, с вами играют дурную шутку ваши старые привычки. Паранойя хороша в подполье, а в торговле…
– Она тоже не помешает, – перебил Шакар, и в его голосе странно мешались вызов и старательное дружелюбие. Он чуть наклонился вперёд, словно собирался боднуть собеседника. Дукат небрежно откинулся на спинку кресла и по-прежнему улыбался, но его гребни заметно приподнялись.
– Господа… – резко начала Винн, но Виюн положил руку ей на запястье.
– Полагаю, эту часть должны решить наши коллеги, – он махнул рукой, указывая одновременно на Дуката и Шакара. – Насколько мне известно, вопросы экономики находятся в компетенции министра, а с нашей стороны ими занимается гал Дукат.
Одо с облегчением кивнул Виюну, который после своей тирады быстро вопросительно на него взглянул. Винн напряглась, её рука под пальцами Виюна закаменела, она глубоко вздохнула.
– Мне жаль говорить такое, но нашему народу не понравится, что договор заключается с Кардассией. Мы присоединились к Доминиону, а не к ним.
– Уверяю, вы просто неверно понимаете ситуацию, – проникновенно возразил Виюн. – Кардассия – часть Доминиона, и, обращаясь к ней, вы обращаетесь к нам. В Домионе приветствуется взаимопомощь входящих в него рас.
– Я готов принести какие угодно извинения, если вам недостаточно всех слов кардассианского правительства, звучавших ранее, – вкрадчиво добавил Дукат. – Я понимаю, что неприятные воспоминания могут доставлять вам неудобства, но предвзятость в деловых вопросах только мешает. Нам нужно оценивать друг друга, не оглядываясь на прошлые недоразумения.
– Уверен, вы сможете это сделать, когда мы начнём обсуждение, – заметил Шакар, и они вновь сцепились взглядами.
– Сложно так просто изменить привычное отношение, – немного принуждённо сказала Винн.
– Как раз проблемы отношения баджорцев к кардассианцам я предлагаю обсудить нам с вами, пока наши коллеги занимаются вопросами материальной помощи, – с энтузиазмом ответил Виюн. – Ведь настроения людей находятся под вашей юрисдикцией. Давайте же поговорим, чем я могу помочь успокоить баджорцев и уверить их, что Кардассия никоим образом не повредит им, – он повернулся к Дукату. – Вы с министром Шакаром можете сесть там, чтобы мы не мешали друг другу, – Виюн указал на противоположный конец стола.
Дукат и Шакар переглянулись и встали с такой синхронностью, что Одо стало весело. Винн шумно выдохнула, глядя, как они параллельно двигаются с разных сторон стола, подходят к последним креслам и по-прежнему одновременно садятся друг напротив друга. Пока она отвлеклась, Виюн снова повернулся к Одо, и тот снова дал ему одобрительный кивок.
Всё складывалось как нельзя лучше: Шакар с Дукатом займутся делами, и Винн не сможет вмешаться в их решения и присвоить их себе. Если, конечно, подумал Одо, эти двое сумеют договориться.
– Кстати, Дамар, Майор Кира, можете присоединиться, – лениво протянул Дукат, не отпуская взгляд Шакара. – Стоять под дверьми так утомительно.
Кира вспыхнула, однако решительно вскинула голову, подошла к столу и села рядом с Шакаром. Дамар отстал от неё разве что на шаг.
– Чтобы никто не мог сказать, что я пытался обмануть или запугать уважаемого министра, – почти промурлыкал Дукат.
– Или что я по старой памяти угрожал префекту… бывшему префекту Терок Нор, – подхватил Шакар.
Одо не стал вставлять раздражённый хмык и незаметно коснулся локтя Виюна под столом. Тот тут же обратился к Винн, не сводившей взгляда с противоположного конца стола.
– Давайте вернёмся к нашим вопросам. Я готов пойти баджорцам и их опасениям навстречу.
Винн медленно повернула голову, снова глубоко вздохнула и вымученно улыбнулась.
– Вы очень добры.
Одо удовлетворённо откинулся на спинку кресла, приготовившись скучать. Он сделал всё, что мог, теперь дело оставалось за «твёрдыми».

***

– А потом всё было просто ужасно! – воскликнула Кира и схватилась за кружку кофе, делая глоток.
Они все – Одо, Кира, Джейк, Башир и Гарак – опять сидели в кабинете главы СБ, и Джейк думал о том, что им надо либо найти новое место собраний, либо пересмотреть состав участников. Изначально он собирался взять интервью о переговорах с Кай только у Одо и Киры. Но Башир случайно узнал про это, и конечно захотел войти в курс событий, ну а Гарак, само собой, притащился следом. Теперь Джейку опять приходилось моститься на краешке стола Одо и беспокоиться о том, чтобы Кира не сбила на пол чью-нибудь чашку, пока размахивает руками от избытка чувств. Всё это было ужасно несолидно, и Джейк переживал от того, как мало походит на настоящего журналиста. А из-за того, что Виюн по-прежнему не пускал его статьи к широкой публике, он чувствовал себя вдвойне глупо.
– В каком смысле «ужасно»? – спросил Джейк у Киры. – Дукат настаивал на зверских условиях обмена ресурсами с Баджором? Угрожал Шакару?
– Да!.. То есть, нет. В смысле, эта проклятая кардассианская любезность! У меня скулы сводило от приторности Дуката, но при этом он несколько раз оскорбил Шакара, и намекнул, что его борьба за свободу Баджора была забавной, во имя Пророков, забавной! Он нас откровенно провоцировал, и я не знаю, как не попыталась его убить прямо там, и как Шакар тоже сдержался! А ведь если бы мы не договорились, то за дело бы точно взялась Кай Винн! – Кира резко выдохнула и опёрлась о стол обоими локтями, по-прежнему держа в ладонях свою кружку. – Дукат мерзавец. Ненавижу его, – добавила она намного спокойнее.
Гарак как-то странно хмыкнул, он выглядел позабавленным. Башир с любопытством покосился на него, но оба промолчали. Джейк продал бы половинку души за то, чтобы узнать, что они оба подумали. Но помня о прошлом неудачном разговоре Киры и Гарака про Дуката, он решил оставить свой интерес при себе.
– Ладно, так и запишу, – сказал Джейк вслух. – Гал Дукат проявил крайнее неуважение к баджорской стороне и чуть не сорвал переговоры, но дипломатичность министра Шакара позволила урегулировать вопрос.
На этот раз хмыкнул Одо, а Кира слабо улыбнулась.
– Отлично сказано, Джейк.
– Отлично. Но читателей явно больше всего заинтересует, до чего вы договорились. Кардассия поможет Баджору?
Кира поморщилась.
– Дукат заявил, что Кардассия предоставит нам технологии и некоторые товары – в обмен на ресурсы. Подробности вроде объёмов поставок и сроков будут уточнять ещё не меньше месяца, но я уверена, что он собирается снова наводнить Баджор кардассианцами, которые попытаются заставить нас работать на себя. На этот раз не с помощью оружия, а шантажируя отсутствием, например, лекарств.
Гарак шумно вздохнул.
– Майор Кира, вы слишком дурного мнения о моей расе, – проворчал он. – Уверяю, вряд ли большая часть граждан мечтает загнать баджорцев в шахты. Мы подходим к ведению дел прагматично. Хотя я не могу утверждать, что подобные планы не лелеет лично Дукат, – торопливо добавил он, видя, как вскинулась Кира.
Джейк подавил невольное неуместное хихиканье, Одо саркастично хмыкнул.
– Ты зря беспокоишься, – сказал он Кире. – Виюн договорился с Кай Винн, что все дела с Кардассией будут находиться под руководством ворт. Для этой цели создадут специальную партию.
Кира закатила глаза с мученическим видом.
– Как будто меня может утешить, что над нами поставят других надсмотрщиков! Ворты лучше, чем кардассианцы, но это всё равно отвратительно!
Одо отвернулся, и если бы это был кто-то другой, Джейк бы сказал «обиженно отвернулся».
– Мы сделали всё, что хотели, и получили тот результат, на которой рассчитывали, когда направляли Виюна к Кай Винн, – сухо напомнил Одо.
– Да. Разумеется. Но мне всё равно всё это не нравится! – сердито вздохнула Кира
Джейк опустил взгляд на падд. Интервью не задалось, что не удивляло – в такой-то обстановке. Джейк точно знал, как делать правильно: должна быть просторная комната, удобный диван, кофе или чай для обоих собеседников и, главное, чёткие вопросы и чёткие ответы. А не маленький кабинет, где все сидят чуть ли не на друг на друге и спорят, забыв о журналисте.
– Одо, может, вы расскажете мне подробнее об этой сделке? – попробовал Джейк снова. – Что собираются делать ворты? Взять под контроль ресурсы и их добычу на Баджоре? И что с политикой управления?
Одо закатил глаза.
– Боюсь, что твоё интервью снова никто не увидит, – сказал Башир с сочувствием, но без особенного огорчения.
Джейк закусил губу и кинул на него злобный взгляд. Он и сам понимал, что его работа получается бесполезной и глупой, и вся затея остаться на станции давно потеряла смысл. Джейк с некоторым смущением понял, что завидует. Башир, в отличие от него, занимался делом: искал возможности диверсии с вайтом, втирался в доверие Виюну и Дукату, и вообще успел запугать почти всех врагов вокруг.
– Но я же не могу писать, что Доминион помогает Баджору и налаживает правильное управление! – буркнул Джейк. – Это создаст положительный образ противника, а во время войны так делать нельзя. Люди начнут задумываться о том, что допустимо сдаться, ведь мы проигрываем.
– Баджоцы никогда об этом не задумаются! – выпалила Кира.
– Возможно, вам стоит лучше работать над формулировками? – спросил Гарак.
Джейк недоверчиво посмотрел на него.
– В самом деле, совершенно не обязательно кого-то яростно обличать, чтобы создать у читателя чувство протеста и неприязни, – продолжил тот с возрастающим энтузиазмом. – Конечно, тексты землян прискорбно прямолинейны и почти не подразумевают игры смыслов, но я успел убедиться, что некоторые приёмы иносказаний у вас используются не менее успешно, чем на Кардассии. Если хотите, я мог бы помочь вам отшлифовать статьи, убрать очевидно враждебный тон, но сохранить необходимый смысл.
– Ээээ… – Джейк неуверенно покрутил в пальцах стилус, посмотрел на Башира.
– В том, что касается формы, а не сути, он неплохой критик, – сказал тот с лёгкой улыбкой.
– Неплохой?!. – возмущённо вскинулся Гарак, но его перебил громкий смешок Киры.
– Джейк, не верь кардассианцу. Он наверняка превратит твои интервью в хвалебные оды своей расе и Доминиону, – проворчала она, но в её голосе теперь стало куда меньше злости и куда больше веселья.
Джейк задумался. Он всегда предпочитал простую форму изложения, но сейчас это был не лучший вариант. В конце концов, он всегда мог отказаться от правки Гарака, если она ему не понравится.
– Спасибо. Давайте попробуем, – ответил он вслух.
– Тогда скопируйте мне законченный вариант, когда он у вас будет. Я посмотрю во время очередного безумно длинного дня рядом с Дамаром, – Гарак вздохнул, и Джейк подумал, что его предложение вызвано вовсе не желанием помочь распространению информации, а эгоистичной борьбой со скукой.
Впрочем, для Джейка это не имело значения. Если Гарак действительно поможет, то какая разница, почему он захотел это сделать, а если нет, хуже всё равно не станет.
– В любом случае, у нас есть ещё месяц мирной жизни до нового нашествия кардассианцев на Баджор, – криво усмехнулась Кира. – Вдруг нам повезёт и что-нибудь успеет измениться за это время.
Очень маловероятно, подумал Джейк, но как и все остальные дипломатично промолчал. Вставлять эту реплику в интервью он не стал.

@темы: Элим Гарак, Фанфик, Скрейн Дукат, Одо, Кира Нерис, Джулиан Башир, Гарак/Башир, Вейюн, PG-13

   

For Cardassia!

главная