07:56 

Фанфик| Гарак/Башир

Botan-chan
Пишу за фидбэк.
Автор: Botan-chan
Соавтор идеи: TedTheFat
Фэндом: Star Trek: DS9
Жанр: джен, романс, АУ
Категория: слэш
Пейринги, персонажи: Башир/Гарак, Дукат, Кира (намёк на Дукат/Кира), Дамар, Виюн, остальные
Рейтинг: PG-13(?)
Саммари: при сдаче ДС9 Доминиону Башир и Гарак остаются на станции.

Пролог, глава 1, глава 2, глава 3, глава 4, глава 5, глава 6

Глава 7

Одо вместе с Кирой сидели в «Кварк’с» и занимались тем, что Кира называла «расслабиться после смены», а Одо «удостовериться в том, что на станции порядок». Одо слушал рассуждения Киры о том, почему работать с кардассианцами хуже, чем с баджорцами, и одновременно следил за залом. Обстановка в «Кварк’c» оставалась неопределённо-напряжённой, и он очень ждал, когда Башир создаст седативный препарат для джем’хадар.
– Я думал, ты теперь управляешь станцией, – проворчал Кварк, подходя и в третий раз наполняя стакан Киры до краёв. – И я думал, каждому понятно, что в моём заведении не может быть никакой контробанды после того, как все контрабандисты разбежались. Что ты здесь забыл, Одо?
Одо хмыкнул и ответил:
– Может быть, я соскучился по твоему лицу.
Кира фыркнула в стакан, расплескав вино на стойку. Одо отметил, что от четвёртой порции её следует удержать. Кварк скривился.
– Тебе просто нравится издеваться надо мной.
– Это не так, – возразил Одо. Он не получал удовольствия от факта, что Кварк чувствует себя ущемлённым, в его глазах это было необходимым восстановлением справедливости: Кварк своими действиями причинял неудобство окружающим, Одо причинял неудобство Кварку.
– Ты заслужил немного помучаться за то, что обслуживаешь кардассианцев, – сказала Кварку Кира.
А вот это с точки зрения Одо уже не соответствовало истине, потому что Кварк всего лишь выполнял обязательства, взятые при открытии бара. Но он не стал комментировать. Не было особенной необходимости, чтобы Кира или Кварк точно понимали его позицию в данном вопросе.
– Они платят, майор, – огрызнулся Кварк и с сердитым видом отправился к другому концу стойки.
Одо снова хмыкнул и повернулся лицом к залу. С виду всё оставалось спокойным, но он слишком давно работал с гуманоидами, чтобы обманываться внешней благопристойностью. Одо невольно вспомнил, как во времена оккупации научился безошибочно предсказывать очередной бунт рабов по подскакивающим показателям дисциплины и ещё некоторым мелочам.
– Скорее бы они сцепились, – пробурчала Кира, видимо, отследив направление его взгляда. Одо с огорчением услышал в её голосе возбужедние и предвкушение.
– Надеюсь, этого не случится, – недовольно буркнул он, не понимая, почему все его разумные доводы в пользу спокойствия на странции словно уходят в пустоту. Кира поморщилась, сделала несколько резких глотков и с громким стуком опустила стакан на стойку.
– Тебя волнует только порядок! И плевать, правильный он или нет, или кем устанавливается и для кого! – выпалила она.
Одо пожал плечами, надеясь, что жест вышел нейтральным. Он не хотел ни спорить, ни принимать необоснованный гнев Киры. Он знал, что пустые обиды часто разрушают близкие отношения между гуманоидами, но отказываться от своей позиции не желал. Мысль о том, что Кира начнёт считать его врагом, удручала, а её нежелание понять чужие доводы вызывало неприятную растерянность. Одо сокрушённо вздохнул про себя. Всё это, все эти эмоции казались ему неоправданно сложными и болезненными. Иногда даже Одо думал, что они не принадлежат ему, а проникли извне, как какой-нибудь вирус. Но потом он вспоминал Слияние и отголоски похожих чувств в нём. Впрочем, в Слиянии всё становилось куда более структурированным и подконтрольным.
– Извини. Я не хочу с тобой ругаться, – сказала Кира после паузы. – Просто мы сидим и сидим здесь с этими проклятыми захватчиками, и ты такой спокойный, что мне начинает казаться, будто тебе всё это нравится. Сейчас ведь куда больше порядка, чем когда здесь командовала Федерация!
Одо покачал головой.
– Не согласен. Это парадокс, но сейчас хаоса больше, чем было при Сиско, хотя всё выглядит иначе. Я хотел бы, чтобы доктор Башир закончил работу как можно скорее.
Кира натянуто улыбнулась, даже не стараясь прикрыть фальшь этой гримасы, и отрывисто бросила:
– Спроси его самого. Джулиан!
Одо повернул голову и увидел Башира с Гараком, которые как раз входили в бар. Башир на секунду остановился, отыскивая их взглядом, потом быстро пошёл навстречу. Гарак следовал за ним, словно приклеенный. Одо отметил несколько устремлённых им в спины недобрых взглядов, один из джем’хадар, семнадцатый из третьего отряда, даже оскалился, но тут же скрыл зубы.
– Привет, – Башир поприветствовал их неизменной широкой улыбкой.
Иногда Одо спрашивал себя, это лёгкое настроение – признак беспечности, умения прекрасно скрывать чувства, необычайной гибкости психики, или же всего сразу?
– Майор, Одо, – церемонно кивнул обоим Гарак. Башир словно мимоходом подтолкнул его к стулу возле Одо, а сам сел рядом с Кирой. Одо машинально отметил получившуюся диспозицию и едва заметно поджатые губы Гарака.
Подошёл Кварк, принял заказ, бухнул на стойку по стакану чая и канара и демонстративно снова ушёл. Одо обратил внимание, что там сидел помощник Дуката, Дамар, и что-то Кварку рассказывал. Одо помнил, что это был далеко не первый такой разговор. Он сделал себе пометку узнать подробнее, какую информацию Кварк получает или отдаёт. Это могло оказаться полезным в будущем.
– Одо хочет знать, как продвигается ваша работа, – сообщила Кира.
Башир отпил чай с довольным видом.
– Нелохо. Собственно, я уже вывел формулу и синтезировал препарат, даже две версии на всякий случай, если расчёты вдруг окажутся неверны, – судя по его тону подобное было невозможно. – Осталось провести тесты, – тут лицо Башира чуть помрачнело, – на подопытных кроликах.
Одо так заинтересовался его словами, что выпустил из внимания зал.
– Иначе говоря, скоро Виюн сможет разрешить джем’хадар проводить бои? Он опасался делать это без дополнительного успокаивающего средства.
Башир кивнул, бездумно вращая перед собой стакан с чаем.
– Это правильно. Анализы показывают, что состояние джем’хадар ухудшилось, если позволить им драться, они точно поубивают друг друга. От такого количества адреналина в крови любой другой гуманоид давно бы впал в амок, а они ещё способны себя контролировать, но это из-за иного строения мозга и нервной системы…
– Мой дорогой доктор, – мягко перебил его Гарак.
– Что? – Башир посмотрел на него, потом на Киру и Одо. – Ах, да, простите. Увлёкся. В общем, завтра Виюн даст двоим сыворотку и позволит им сразиться. Если оба останутся живы, можно считать, я сделал своё дело. Всего за четыре дня!
– Жаль, что этим проклятым джем’хадар нельзя подсунуть яд вместо успокоительного, – буркнула Кира. Одо уставился на неё, вычисляя, считать ли это реальной угрозой, и если да, то как поступить дальше.
– Майор! – Башир напрягся, прищурился недобро. – Позвольте вам напомнить, что использование биологического оружия запрещено! Как в Федерации, так и на Баджоре – с позапрошлого года! Даже у клингонов!..
Кира недоумённо моргнула и ответила запальчивым шёпотом:
– Не вижу ничего плохого в том, чтобы избавить станцию от пары десятков джем’хадар!
Башир поперхнулся и уставился в свой стакан.
– Конечно. Пары десятков, – пробормотал он.
– И только не вздумайте их жалеть, – Кира одним глотком опустошила свой стакан.
Одо переглянулся с Гараком. Тот выглядел безмятежно, словно последние реплики ничего не значили, но он не мог не уловить их очевидный смысл. Это понимание привело Одо в лёгкое замешательство, он не мог сходу сформулировать оценку открывшейся перспективы. Гарак чуть опустил веки, затеняя глаза, улыбнулся вопросительно-невинно, и Одо поспешил отвернуться.
Чтобы отвлечься, он снова сосредоточился на зале, с некоторым облегчением отмечая, что ничего не успело случиться, пока его внимание отвлеклось. Взгляд Одо скользил по посетителям, потом остановился на ярком пятне жёлтого платья. Савира Бран сидела напротив одного из кардассианских солдат, его звали Карс, и что-то ему рассказывала, активно жестикулируя. Некоторые соседи неодобрительно оглядывались на них, в том числе, трое джем’хадар за соседнем столиком.
Впрочем, движения Бран выдавали скорее возбуждённый энтузиазм, чем агрессивность, и вряд ли её речь содержала призыв начать конфликт. Невольно Одо подумал, что кардассианка напомнила ему Башира в минуты, когда тот расходился, вываливая на окружающих информацию о новых открытиях или споря с Гараком.
Доктора Немад в зале не было. Одо вспомнил опасения, что Дукат попытается вмешаться в работу Башира с помощью этой женщины, и немного обеспокоился. Отсутствие доктора Немад ни о чём не говорило, она могла находиться где угодно, например, в собственной кровати, а вход в лабораторию хорошо защищался. Однако Одо посчитал, что должен прояснить себе ситуацию.
– Доктор Башир, что вы думаете о новых коллегах? Удалось ли наладить с ними контакт, и пытались ли они вам помогать или мешать? Мне сообщили, что пришлось усилить защиту на двери, это вызвано какими-то реальными опасениями? – на последних словах Одо повернулся к Гараку, постаравшись посмотреть на того максимально выразительно.
Разумеется, это не произвело никакого впечатления, Гарак выглядел скорее позабавленным, чем устрашённым пристальным взглядом.
– Вероятно, вы говорите о моей маленькой инициативе, – усмехнулся он. – Нет, ничего серьёзного, это превентивные меры, на всякий случай.
Одо хмыкнул и сухо заметил:
– Было бы лучше, если бы вы заранее поставили меня в известность о своей инициативе и о том, что я, оказывается, дал на неё разрешение. Если бы я не сориентировался вовремя в разговоре с Виюном, вы могли бы попасть под серьёзные подозрения.
Краем сознания он отметил, как один из джем'хадар встал, приблизился к Бран и что-то сказал.
– О, я не сомневался, что вы всё поймёте правильно, – с безупречно разыгранной беспечностью отмахнулся Гарак.
Башир рассмеялся.
– Твоя профессиональная паранойя прекрасна, и я действительно так считаю, – сказал он Гараку.
– Вероятно, вы имеете в виду мой опыт работы садовником? – охотно подхватил тот. – Я научился ставить дополнительные замки, когда охранял оранжереи от романтичных молодых людей, мечтающих нарвать возлюбленным орхидей.
Одо поймал веселый и раздражённый взгляд Киры и закатил глаза, показывая, что разделяет её чувства. Продолжать в таком духе Гарак мог бесконечно, а Башир выслушивал его враньё с неизменной готовностью. Одо никогда не мог оценить эту игру в отрицание очевидных фактов.
Две других джем'хадар тоже поднялись и подошли к кардассианцем, и, судя по всему, разговор шёл не очень мирно. Одо напрягся.
– На самом деле проблем как будто нет, – продолжил Башир неожиданно серьёзно. – Доктор Немад очаровательная женщина, любезная и добрая, как родная бабушка. Я наверняка сболтнул бы что-нибудь лишнее, меня спасает только богатый опыт очень похожих разговоров, – он ухмыльнулся Гараку и потянулся ударить стаканом о его стакан, чуть не опрокинув бокал Киры. – В общем, Немад лучше не верить. А мисс Бран…
Спутник Бран вскочил из-за стола и бросился на джем'хадар. Одо моментально перетёк вперёд.
– Стоять! – зарычал он на весь зал.
Тишина воцарилась сразу, и Одо мимолётно порадовался, что имеет дело не с землянами или баджорцами, или, чего доброго, клингонами. Он быстро подошёл к Карсу, Бран и джем’хадар, одному из тех, что косились раньше. Двое других стояли чуть позади. Один из столиков валялся на полу, осколки посуды разлетелись по полу.
– Во имя Золотой Сокровищницы, мои бокалы! – раздался вопль Кварка. – Вы заплатите за них!
– Замолчи! – бросил ему Одо, не сводя взгляда с нарушителей спокойствия.
– Он напал на меня, Основатель, – бесстрастно сказал джем’хадар. Карс сжал кулаки и яростно зашипел, и этот звук говорил о том, что он готов вот-вот снова броситсья в драку. Однако он остался на месте, и Одо различил выражения разочарования, ярости и презрения, промелькнувшие на лице джем’хадар.
– Из-за чего ты напал? – холодно спросил Одо. Карс промолчал и бросил быстрый взгляд в сторону, на Бран. Одо вздохнул. – Я видел, что вы напали, а значит, должны понести наказание. Но чтобы определить его степень, я должен знать мотив.
Карс продолжал молчать, тяжело дыша и вздыбив гребни.
– Господин Основатель, разрешите обратиться, – сказала Бран. Её голос звучал сдержанно и уважительно, но Одо слишком хорошо изучил признаки злости кардассианцев, чтобы не узнать их. – Я могу засвидетельствовать, что нас намеренно пытались спровоцировать.
Одо некоторое время рассматривал её, затем отрывисто кивнул.
– Если это понадобится, я обращусь к вам, – он обернулся к застывшим у него за спиной Кире и остальным. – Прошу прощения, я вынужден прервать наш приятный вечер. Майор, доктор, пожалуйста, проследите, чтобы ничего подобного сегодня не повторилось. Разрешаю использовать любые методы пресечения беспорядков, – он покосился по сторонам и с облегчением отметил, как медленно расступается напряжённое кольцо кардассианцев и джем’хадар. Одо знал, что и Кира, и Башир каким-то образом сумели заработать себе пугающую репутацию и беззастенчиво этим воспользовался.
– Мы всё сделаем, – сказал Башир, возможно, с излишней самоуверенностью. Бран скривила губы.
– Вы, двое, за мной, – приказал Одо Карсу и джем’хадар. – Всем остальным я запрещаю любые конфликты, более того, рекомендую разойтись по постам или личным каютам, – он в последний раз обвёл мрачным взглядом собравшихся и пошёл в сторону выхода, на ходу доставая коммуникатор, чтобы вызывать Виюна и Дуката.

***

Дукат сидел в кресле командующего станцией, изучал отчёты о военных действиях и пытался соотнести их с настроениями кардассианских политиков. После того, как был развёрнут массив сверхчувствительных сенсоров, Доминион и Кардассия одержали уже несколько блестящих побед подряд. Это наполняло Дуката законной гордостью, однако не помогало забыть о том, что, фактически, его народ был завоёван – при его прямом пособничестве. Нельзя сказать, что Дукат винил себя, он по-прежнему считал принятое решение оптимальным. Но привкус горького знания о том, насколько слаба оказалась его родина, портил все достижения.
Впрочем, Дукат не сомневался, что рано или поздно господство чужаков закончится. Кардассия не потерпит навязанный порядок, и намёки, тень будущего бунта, то и дело проскальзывали в приватных беседах со старыми знакомыми. Тонкие, незаметные никому, кроме истинного кардассианца знаки. Пока, однако, дело дальше не заходило: во-первых, до победы над Альфа-квадрантом было ещё далеко, а во-вторых, Дукат не мог определиться, кому доверять. Второй вопрос он считал самым важным, потому что когда на кону стоит будущее расы, ошибки недопустимы. Если бы в руках Дуката осталось больше средств, или хотя бы доверенный человек с возможностями, как у того же Гарака, проблема бы решилась. Увы, он слишком многое потерял, когда лишился звания гала и репутации, и восстановить старые связи оказалось непросто. Дукату больше не доверяли, даже родная семья… бывшая семья, в который раз напомнил он себе.
Как никогда Дукат жалел о смерти Гемора, который был одним из немногих действительно разумных и относительно приличных политиков. Во всяком случае, он потерял своё положение, защищая семью, а не совершив глупость в сомнительной интриге. Дукат крутил в руке мяч Сиско и перебирал возможных кандидатов в союзники. Па’дар? Наверняка не забыл попытку разрушить его карьеру. Эмек?
Вызов Одо нарушил ход его мыслей.
– В чём дело? – он старательно убрал из голоса любые ноты недовольства и положил мяч на подставку.
– Прошу вас пройти в кабинет главы СБ. У нас происшествие, – сухо сказал Одо и отключился.
Дукат недовольно поморщился, однако отложил падд и вышел из кабинета. Его взгляд невольно скользнул по месту старшего офицера связи, но, конечно, там не было Киры, смена которой закончилась два часа назад. Дукат поспешил отвести глаза и ускорил шаг.
– Ваш человек нарушил мой приказ и начал драку, – холодно сообщил Виюн, стоило Дукату перешагнуть порог кабинета Одо. – Он должен быть наказан по всей строгости и вы, как непосредственный командир, должны отдать соответствующие распоряжение.
Дукат окинул всех быстрым взглядом. Одо невозмутимо сидел в своём кресле, солдаты стояли перед его столом. Джем’хадар едва заметно скалился с пренебрежением и разочарованием, кардассианец, Перок Карс, вспомнил Дукат, смотрел в пол с угрюмым видом.
– Нарушение приказа несомненно должно быть наказано, но я бы хотел узнать, что всё-таки произошло, – медленно сказал Дукат. – Мне не хотелось бы принимать решение, не представляя полной картины.
– Попытки найти оправдания провинившемуся вряд ли поддержат дисциплину, – заметил Виюн с мягкой журящей укоризной, за которой маячила тень машинной безжалостности.
Дукат изобразил обаятельную улыбку.
– Но поспешные решения тоже могут ей повредить. Нельзя допускать несправедливость, это плохо влияет на порядок, не так ли, Виюн? Одо?
Виюн мгновение помедлил, однако неохотно кивнул, бросив быстрый взгляд на Одо. Одо хмыкнул с нескрываемой иронией.
– На Кардассии хорошо знают, как выяснять все обстоятельства преступления и проводить беспристрастный суд, верно, Дукат? – он кивнул сам себе. – Но вы правы. Решение должно быть справедливо.
– Я не сомневался в вашей позиции, – ответил Дукат, добавляя в тон каплю насмешливого веселья, которую Одо по его мнению должен был правильно оценить. – Когда-то мы начали работать вместе потому, что ваша склонность обнаруживать истину признавалась всеми.
Одо покачал головой.
– Оставьте, – бросил он, но его взгляд как будто чуть смягчился.
– Так что произошло? – как ни в чём не бывало спросил Дукат.
Солдаты продолжали молчать, только джем’хадар на краткий миг оскалился сильнее, а Карс ещё больше напрягся.
– Вам задали вопрос! – резко сказал Виюн.
– По факту ситуация такова: Семнадцатый сказал нечто, показавшееся вашему солдату слишком оскорбительным, – ответил за них Одо. – И я предполагаю, что причиной излишне резкой реакции было присутствие госпожи Бран, – он посмотрел на Виюна. – Некоторые вещи гуманоиды воспринимают намного острее, если замешаны представители разных полов. Глупо, но это факт.
Выражение лица Виюна, вроде бы бесстрастное, странным образом казалось почти страдальческим, и если бы речь не шла о принципиально важном вопросе – отдать или не отдать своего человека, кардассианца чужакам – Дукат бы расхохотался.
– Я не могу считать смягчающим обстоятельством неумение гуманоидов сдерживать эмоции, связанные с межполовым влечением, – чопорно возвестил Виюн и Дукат едва сдержал недовольную гримасу. Бран принадлежала к семье с куда более высоким статусом, чем Карс, и предположение, что Савира может заинтересоваться рядовым солдатом, возмутило его. Хотя Дукат не мог отрицать, что инсинуации в её адрес, возможно, обоснованы. Он был наслышан о дурном воспитании и почти неприличной прямолинейности Бран ещё во времена, когда не нашлась Зиял и он не потерял доступ в приличное общество.
Впрочем, Дуката намного больше волновало, как прикрыть Карса от Виюна, потому что даже если наказание заслужено, он не желал скармливать своих людей Доминиону без боя.
– Если я правильно понял слова Основателя, то конфликт начал джем’хадар. И мне не представляется правильным наказывать лишь одного участника стычки, – вкрадчиво сказал Дукат и посмотрел на Одо.
Он не был уверен, получит ли поддержку. Одо продолжал вести себя отстранённо и недружественно, и порой поддерживал Виюна, даже если он был очевидно неправ. Выяснить причины этого Дукат пока не смог, потому что Одо ловко уходил от его попыток завести неформальный разговор. Это раздражало, чем дальше, тем сильнее. Поведение Одо начинало казаться Дукату почти предательством.
Но на этот раз неожиданно Одо его поддержал:
– Я склонен согласиться с галом Дукатом. В инциденте замешаны несколько участников.
Виюн секунду смотрел на него, потом бросил солдатам:
– Оба выйдите и ждите у дверей, – и когда те удалились, опять обратился к Одо с тенью неуверенности: – Но Основатель, если кардассианцы по таким нелепым поводам начнут позволять себе…
– Они не начнут, – вмешался Дукат. – Я это обещаю.
Виюн моментально развернулся к нему.
– Вы постоянно что-то обещаете! – воскликнул он с неожиданным напором. – Однако я не вижу, чтобы вы выполняли взятые на себя обязательства!
Дукат поджал губы и постарался продемонстрировать непонимание предъявленного обвинения. Ему даже не пришлось особенно стараться, изображая удивление, потому что он на самом деле не видел оснований для недовольства Виюна. Перед самим собой Дукат признавал, что его преданность Доминиону не стоит ничего, но до сих пор он честно выполнял условия сделки и делал свою работу так хорошо, как мог.
– Скажете ли вы мне, какие именно обещания я нарушил? – спросил он со сдержанным достоинством.
– Вы… – Виюн на секунду заколебался, покосившись на Одо как будто с опаской, – вы должны были позаботиться о том, чтобы снять минное поле перед червоточиной, однако оно ещё на месте. Запасы вайта не бесконечны, и нет никаких гарантий, что Башир сможет создать аналог, несмотря на свою гениальность. Вы обещали мне справиться за месяц, и он прошёл.
Дукат выдал тяжёлый вздох, признавая упрёк, а про себя довольно ухмыльнулся тому, что разговор уходит всё дальше от изначальной темы. При известном везении, он мог заморочить Виюна достаточно, чтобы тот забыл о наказании для Карса. Разобраться со своим подчинённым Дукат собирался сам и без привлечения варварских методов Доминиона, предполагавших казнь даже за банальное нарушение дисциплины.
– Дамар делает, всё, что может. Но ему нужно время – система слишком сложна. Мы справимся, Виюн, просто не так быстро, как планировалось.
Виюн нахмурился и снова быстро глянул на Одо. Только слепой и глухой не уловил бы его страх совершить ошибку в присутствии Основателя, и только глупец не догадался бы о причинах. Это играло Дукату на руку, поскольку заставляло Виюна сдерживать своё давление. На его месте Дукат добился бы гораздо большего, просто настаивая на своих решениях и даже не стараясь их обосновывать, но Виюн так не мог. Это было его слабостью.
– Я начинаю сомневаться в способностях вашего помощника, – процедил Виюн, продолжая послушно следовать за Дукатом в сторону от первоначальной темы спора. – Мне кажется, ему самому нужна помощь специалиста.
Дукат развёл руками.
– Боюсь, у меня нет много техников такого же уровня. Их, конечно, можно вызывать с Кардассии, например, госпожа Режал уже работала здесь…
– Нет, – предсказуемо отрезал Виюн. – Боюсь, новые специалисты плохо влияют на ваш коллектив. Пусть ему поможет Гарак.
– Гарак?! – В первый момент Дукат решил, что ослышался.
Он смотрел на Виюна в полной растерянности, потом вопросительно уставился на Одо, но встретил такой же недоумённый взгляд.
– Насколько я успел заметить, он тоже неплохо разбирается в технике, – сказал Виюн.
– В компьютерах и личном оружии, а не в масштабной военной технике, – машинально поправил Дукат. – И Гарак ненадёжен! Он может попытаться просто устранить Дамара! – он лихорадочно пытался понять, на чём основано неожиданное предложение Виюна, и не было ли оно подсказано старым скользким мерзавцем при очередном визите в лабораторию. Значило ли это, что Гарак решил отыграться, несмотря на предложенный Баширом нейтралитет?
– Меня огорчает, что ваши предубеждения влияют на возможность ускорить работу, – сказал Виюн с показушно сдержанным неодобрением. – Основатель, что вы думаете о моём предложении?
– Это просто нелепо! – Дукат резко повернулся к Одо, навис над ним, опираясь на стол. – При чём тут вообще Гарак?!
– Не забывайтесь! – повысил голос Виюн, а Одо приобрёл тот задумчивый вид, словно пытался решить очередную головоломку.
– Я полагаю, – наконец, начал он после некоторого молчания. – В предложении есть рациональное зерно.
– Одо!.. – Дукат задохнулся от негодования.
– Кажется, Дамар действительно зашёл в тупик и ему потребуется помощь. Если вы, Виюн, считаете, что Гарак может её оказать – что ж, пусть попробует, это не ухудшит ситуацию. Что касается вопроса, из-за которого мы тут собрались, я думаю, что гал Дукат может разбираться с наказанием своего человека так, как посчитает нужным. И в дальнейшем проследит, чтобы его люди не выходили за рамки дисциплины. В свою очередь вы, Виюн, вместе с доктором Баширом позаботитесь о джем’хадар. Таким образом, сегодняшний инцидент можно считать исчерпанным – если, конечно, в ближайшее время не повторится ничего подобного.
Дукат медленно выпрямился, пристально разглядывая Одо. Он оценил дипломатичность и согласие дать каждой из сторон часть желаемого, однако Дуката не покидало смутное ощущение, что Одо опять пытается усложнить ему жизнь. Ему пришла неожиданная мысль, что это могло быть влияние Киры, с которой Одо проводил достаточно много времени и, если только Дукату не мерещилась, к которой испытывал более чем глубокую симпатию. Предположение ему не понравилось, и Дукат временно отложил его. Всё равно для подтверждения или опровержения новой версии не хватало фактов. И Одо не был гуманоидом и никогда не позволял влиять на работу личным мотивам, которых раньше просто не имел. И в интересах Киры следовало как раз не мешать ограничивать власть Виюна.
– На этом можно закончить, – подытожил Одо, достал падд и демонстративно уставился в него.
Дукат коротко попрощался и вышел из кабинета быстрым шагом.
– За мной, – сквозь зубы бросил он Карсу, собираясь придумать этому идиоту достаточно неприятное задание, чтобы у него больше даже мысли не возникало приближаться к Бран.
Ещё ему срочно требовалось выяснить, что задумал Гарак.

***

В лаборатории было тихо, пусто и спокойно. Это Башира радовало, так как давало возможность без помех обдумать ситуацию. Однако в то же время он почти хотел, чтобы непреодолимые внешние обстоятельства заставили его отвлечься.
Башир ещё раз пересортировал последние образцы, проверил точность записей, почти бездумно откалибровал лабораторную установку до совершенной точности, помедлил и одним движением сбил настройку. Он вздохнул и провёл рукой по волосам. Наверное, это был первый раз, когда исследования, им же самим начатые, вызывали у него почти отвращение. Но за последний месяц отношение Башира к ситуации слишком изменилось.
Изначально он хотел освободить джем’хадар. Башир осознавал риски и то, что это может представлять значительную опасность, однако самостоятельные разобщённые солдаты, ненавидевшие ворт, всё равно представлялось ему лучшей альтернативой, чем послушные и слаженные войска Доминиона. Увы, способа освободить уже созданных джем’хадар от вайта он не нашёл, зато увидел куда более простое решение проблемы, и оно ему не понравилось.
Он не знал точно, когда ясно сформулировал для себя эту мысль. Возможно, когда первый раз зашёл разговор о необходимости успокоить джем’хадар. Успокоить, усыпить… ассоциация сработала мгновенно. Дальнейшее только возвращало его к единожды привязавшейся идее.
Перспектива создания, по сути, биологического оружия массового поражения пугала Башира, это относилось к тем вещам, делать которые запрещено по определению. Многочисленные исторические примеры и его собственный опыт говорили, что подобная инициатива никогда не заканчивается хорошо.
Но в его разуме уже намечались возможные пути работы, просчитывались вероятности благополучного исхода и число потенциально спасённых жизней. Получившиеся цифры казались слишком привлекательными, и это пугало ещё сильнее.
Башир с отвращением посмотрел на лабораторную установку. Ему требовалось поговорить о своих сомнениях с кем-нибудь, но Майлза и Джадзии рядом не было, а остальные… Кира с её террористическим прошлым точно не ужаснулась бы возможности уничтожить врага скопом. Одо всё-таки принадлежал к расе меняющихся, и Башир сомневался, что победит в нём при появлении реального шанса уничтожить Доминион – преданность привычной дружбе или своему народу. Джейк всё ещё оставался ребёнком. Кварку и его семье не стоило доверять. А Гарак…
Стоило Баширу вспомнить Гарака, как его мысли моментально вильнули в другую сторону. Он издал невнятный раздражённый возглас и запустил пальцы в волосы. Время шло, а определиться со своим отношением к Гараку у Башира не получилось, и это его злило. Он ненавидел не понимать, особенно при том, что обычно его разум легко справлялся с задачами любой сложности.
Невольно в памяти Башира всплыли подробные до мельчайших деталей картинки того, как Гарак спит на диване, завернувшись в одеяло по макушку, или ест, или отчаянно доказывает несостоятельность земной литературы, или просто сидит и молча шьёт. И одни только эти воспоминания заставляли Башира улыбаться от спокойного и весёлого умиления. Это была не привычная ему влюблённость, не дружба, не банальный сексуальный голод и даже не привязанность к товарищу по несчастью, угодившему в ту же дырявую лодку посреди океана с акулами. Но правильное слово, которое бы точно описало их близость, ускользало от Башира с отвратительным упрямством.
Он резко развернулся на каблуках, будто хотел физическим движением стряхнуть с себя беспокоящие мысли. Взгляд Башира остановился на лабораторной установке, возвращая его к оставленной было теме джем’хадар и потенциальной возможности их уничтожения. Он засунул руки в карманы и стоял, чуть покачиваясь с пятки на носок.
Башир хотел поделиться своей проблемой с Гараком, просто выговориться. Внутри него сидела иррациональная уверенность, что тогда станет легче, что само присутствие Гарака даст ему необходимую поддержку, как было на протяжении времени, когда он загонял себя поисками средства освободить джем’хадар.
Но элементарный логический анализ противоречил этим эмоциям. Башир знал Гарака достаточно хорошо, чтобы просчитать возможную реакцию, и не сомневался, какое предложение тот немедленно сделает. И у Башира не было никаких аргументов, чтобы возразить. В его руках остались только «так нельзя» или «это аморально» или «но они тоже разумные существа». Башир знал, что Гарак отметёт все эти слова, как пустую шелуху. Для Гарака, для любого кардассианца не существовало ничего слишком аморального, чтобы его нельзя было совершить во имя свой родины и своего народа.
Башир опасался, что примет эту страшную логику, если только начнёт обсуждать вопрос с Гараком. И ещё больше – что, поддавшись личной привязанности, чем бы она ни являлась, позволит убедить себя, будто они не совершают ничего плохого.
Живо представив Гарака, который с благородным негодованием доказывает, что жалость к джем’хадар есть преступление против нации, Башир невольно дёрнул губами в усмешке. И тут же подумал, что, наверное, это следствие генной модификации – то, как его забавляют, а не ужасают подобные вещи. Может быть, тогда его в самом деле превратили в монстра, лишив нормальной человечности.
Что-то изменилось, заставив Башира резко обернуться прежде, чем он понял, в чём дело. Это был даже не звук, едва заметное колебание воздуха или, может, изменение запаха. Но Башир уже привык, что иногда только такие мельчайшие детали выдавали появление кардассианцев, Гарака, или доктора Немад, или даже порывистой в движениях Бран.
Увидев посетителя, Башир удивлённо замер. Визита Дуката он точно не ожидал.
– Добрый день. Вы плохо выглядите, доктор, – тот улыбался нейтральной кардассианской улыбкой, которая могла означать всё, от искренней радости до желания удушить собеседника. Моментально собравшись, Башир надел на лицо выражение такой же ни к чему не обязывающей любезности.
– Нет, всё нормально. Вы что-то хотели?
Дукат неторопливо вошёл в лабораторию, и Башир пожалел, что предварительно не запер дверь. Он по-прежнему хотел пообщаться с Дукатом, в принципе, вероятно, когда неприятный инцидент с отравлением отодвинется подальше в прошлое, но именно в тот момент был совершенно не готов к разговору.
– Простите, доктор, но я вам не верю, – Дукат покачал головой. – Не сочтите это навязчивостью, но вы не похожи на человека, у которого всё в порядке. О, я надеюсь, ваши затруднения не связаны с новыми коллегами? Меня очень огорчит, если так сложилось, я надеялся, что вы получите удовольствие от общения с настоящими кардассианскими медиками, – Дукат приблизился, и Башир незаметно попятился, а потом, помня о манере Дуката заходить собеседнику за спину, с небрежным видом присел на лабораторный стол.
Он с подозрением осмотрел незваного гостя, гадая, упомянул ли тот Немад и Бран с намёком, или же это был типичный кардассианская деловой этикет, предписывающий начинать переговоры с тем, очень далёких от истинной цели. Раньше, в разговорах с Сиско, Дукат обычно опускал эту вежливую часть, но Башир не был Сиско, а станция больше не принадлежала Баджору и Федерации.
– У меня сложились отличные отношения с доктором Немад и доктором Бран, – ровно сказал Башир.
Дукат негромко рассмеялся.
– Вам, должно быть, уже говорили, что вы плохой лжец, – сказал он, подходя и опираясь рукой на стол. Он оказался слишком близко, Баширу снова захотелось отодвинуться, но это уже совсем походило бы на бегство, поэтому только повернул голову.
– Ну, может, не совсем отличные отношения, – признал он, улыбкой сглаживая неловкость обмана. – Доктор Немад – само очарование, совсем как Гарак, – Башир мысленно поздравил себя, когда при этом сравнении Дукат насторожился и сделал крохотный шаг назад. – А вот на доктора Бран я, кажется, произвёл отталкивающее впечатление.
В ответ Дукат вздохнул с ярким сожалением.
– О, неудивительно. Госпожа Бран склонна к поспешным выводам. Увы, её характер и особенно воспитание оставляют желать лучшего. Я слышал, раньше девушка уже попадала в неприятности из-за несдержанного темперамента. Прискорбный факт.
– Боюсь, скоро она снова в них попадёт, – пробормотал Башир себе под нос, невольно поморщившись.
После вчерашнего происшествия в баре они проводили Бран до лазарета, чтобы, как выразился Гарак, передать в заботливые руки доктора Немад. Бран проявила достойную сдержанность, и никто не получил удар чем-нибудь тяжёлым или укол какой-нибудь дрянью, но Башир прекрасно видел, что она полна внутренней ярости. Отношение Одо оскорбило её. А доктор Немад словно не заметила состояния ученицы, и Башира это искренне возмущало. Он хотел попробовать поговорить с Бран сам, но сдался перед аргументами Гарака, который потребовал не вмешиваться. Учитывая отношение Бран, Башир действительно сделал бы только хуже.
– Вполне вероятно, что госпожа Бран загонит себя в неприятную ситуацию, – с заметным недовольством согласился Дукат. – Но это забота её наставницы, не наша. Не волнуйтесь, доктор, женщины умеют шлифовать чужой норов, тем более, если речь не идёт о собственном ребёнке. Это отцам часто приходится тяжело с родными дочерьми, – он опять вздохнул.
– Судя по всему, вы с трудностями вполне справились, – дипломатично сказал Башир, скрывая сомнения в воспитательных талантах доктора Немад. Дукат прищурился.
– Поясните?
– Ну, Зиял много о вас говорила, и по её рассказам вы – отличный отец. Честно говоря, до этого я никогда не думал, что хорошим отцом может быть… – Башир в последний момент ухватил и не выпустил фразу «глава оккупации» и неуклюже вставил вместо этого, – кто-то вроде вас.
Широкая искренняя улыбка буквально вспыхнула на лице Дуката.
– Ах, в самом деле, вы должны были общаться с Зиял. Конечно. Вы не могли не заинтересоваться, ведь она удивительный собеседник и, кроме того… – тут его энтузиазм заметно пригас, – ей следовало бы тщательнее выбирать знакомства. Я не имею в виду вас, доктор! – поспешно добавил он, вскинув руки. – Вашей порядочности я готов поверить, в конце концов, на тот момент вы ещё были офицером Звёздного Флота. Вы не расскажете мне, о чём говорили с Зиял?
Башир закашлялся в кулак, давя невольный смех. В этот момент Дукат поразительно походил на некоторых пациентов с детьми, готовых говорить о достоинствах своих чад, даже когда над ними заносили инструмент для операций на брюшной полости. В исполнении коварного злодея, который несколько десятков лет третировал баджорский народ, интриговал и сдал собственную расу Доминиону, это выглядело странным, но забавным. Это чем-то напоминало Гарака. Башир подумал, что, возможно, все кардассианцы совмещают чрезвычайную чувствительность с совершенно безжалостной хладнокровной прагматичностью.
– Гал Дукат, я с удовольствием перескажу вам большую часть моих бесед с Зиял, – сказал Башир, подавив смех. – Моя память позволяет это сделать, и я всё равно хотел углубить нашей знакомство, но давайте как-нибудь потом. Например, когда джем'хадар перестанут набрасываться на всех подряд. А сейчас лучше скажите мне, зачем вы всё-таки пришли. Я предполагаю, что не ради обсуждения ваших семейных дел.
Оставалась немалая вероятность, что ему показалось, но Башир был уверен, что увидел неловкость и замешательство на лице Дуката, которые мелькнули и тут же исчезли под завесой улыбки.
– Извините меня за эту несдержанность, но дети – одна из немногих вещей, которые могут заставить кардассианца потерять голову. Однако, кажется, я поднял вам настроение, и это хороший результат, не так ли?
Башир слегка смутился, понимая, что его деланный кашель никого не обманул, и кивнул.
– Так зачем вы пришли?
– К моему великому сожалению, я опять вынужден поднять вопрос о Гараке, – со вздохом ответил Дукат. Он отошёл от стола и неторопливо расхаживал перед Баширом. Башир впился в него недобрым взглядом, моментально забывая о веселье.
– Я не позволю вам его убить.
Дукат скривился и покачал головой.
– Поверьте, я сделал этот вывод ещё во время нашей прошлой беседы. Несомненно, вы станете защищать его всеми силами. Хотя я так и не смог понять, что послужило причиной вашей слабости к этому человеку, – он остановился и посмотрел на Башира.
«Я тоже» – мог бы ответить ему Башир, чего, разумеется, делать не стал, только насупился под пристальным взглядом.
– Мне бы понадобилась пара часов, чтобы перечислить всё, – проворчал он после паузы. – Но если коротко, то… ну… просто Гарак милый, – и на секунду Баширу стало смешно от того, как этот термин, слишком маленький, чтобы вместить Гарака со всеми его своими тайнами, шутками, травмами, книгами, тёмным прошлым, подозрительностью, ненадёжностью и надёжностью одновременно, разговорами, уютом и любовью к сладкому, тем не менее так идеально ему подходил.
– Милый, – повторил Дукат. – Он – бессердечный, холоднокровный убийца, который подставит кого угодно ради своего благополучия, – он сделал шаг вперёд, наклоняясь к Баширу и понизив тон для большей убедительности. – Ему нельзя доверять. Я совершенно уверен, что он просто играет с вами, запутывает вас, пользуясь вашей федеральной склонностью к доверчивости.
– И это одна из самых интересных игр в моей жизни, – ухмыльнулся Башир.
Дукат резко отстранился.
– Желаю, чтобы, когда вы проиграете, ставка не оказалась для вас неподъёмной, – сухо сказал он. – Впрочем, ваше дело. Я не о том. Виюн назначил Гарака помощником Дамара в работе над минным полем.
Башир не смог сдержать удивления. Ему стало ясно, зачем Гарака вызывали в командный центр, но он не смог найти убедительную причину такого назначения.
– Я не знал, что Гарак разбирается и в этой технике, – наконец пробормотал Башир. – В смысле, он умеет обращаться с локальными бомбами. Но устройства для космоса работают на других принципах.
– Вы неплохо осведомлены для врача, – хмыкнул Дукат. – И вы правы, Гарак, некомпетентен в данном вопросе… насколько мне известно. Но Виюна это мало волновало. Если откровенно, он хотел просто досадить мне лишний раз. Я бы не обратил внимания, но меня беспокоит возможность потерять Дамара. Доктор, вы можете обещать мне, что с ним не произойдёт никакого несчастного случая?
– Ну… – Башир замялся, нервно выбивая пальцами дробь по краю стола. – Дукат, вы же должны понимать, что иногда несчастные случаи – это просто несчастные случаи, и никто из нас от них не застрахован. Вероятность всегда существует, пусть и невысокая, так что стопроцентную гарантию безопасности Дамара вам могут дать только Пророки – если их вдруг это заинтересует. Но я обещаю сделать всё, чтобы Гарак не имел к этому отношения.
– Никаких несчастных случаев, – раздельно произнёс Дукат, опять наклоняясь вперёд. – Мне неинтересно, как вы их предотвратите, но Дамар должен оставаться целым. Я доверяю вашему слову, доктор, и для вас будет лучше, если это доверие оправдается.
От двери раздался негромкий кашель, заставивший их обоих резко обернуться.
– Гал Дукат. Какая честь, – холодно сказал Гарак, и Башир кожей ощутил, как острый взгляд ощупывает его с головы до ног и обратно.
Ничего не ответив, Дукат расправил плечи и направился к двери. У самого выхода ему пришлось приостановиться. Гарак пару секунд стоял в проёме, мешая пройти, потом медленно подвинулся. Дукат издал короткий свистящий звук, перешагнул порог и обернулся к Баширу с сияюще обаятельной улыбкой.
– Было приятно иметь с вами дело, доктор, и я надеюсь, этот разговор не окажется последним. Я с огромным удовольствием повторю нашу беседу, как только появится свободное время, – потом он ещё раз выразительно посмотрел на Гарака и ушёл.
– До свидания, – пробормотал Башир уже в пустоту и тоже покосился на Гарака. Выглядел тот довольно кисло.
– С вашей стороны неосторожно пускать Дуката в наши дела.
– Я не пускал, – сдержанно пояснил Башир и решил перейти в контратаку. – И вообще, ты обещаешь не убивать Дамара?
Гарак только поджал губы с ещё более недовольным видом, чем секунду назад.
– Право, я не давал вам повода считать себя глупцом! Разумеется, я ничего не сделаю этому увальню, более того, теперь мне придётся следить, чтобы он не убился самостоятельно, споткнувшись о собственную ногу! Вам стоило бы куда больше волноваться о своих действиях, чем о моих, мой дорогой доктор. Я надеялся, что отучил вас от неоправданной беспечности, но, видимо, ошибся.
– Послушай, я просто не хочу с ним ссориться. Это полезно – наладить сносные отношения с Дукатом. И вообще, я же не заставляю тебя проявлять к нему дружеские чувства.
Гарак закатил глаза и возвестил:
– Я уверен, попытки заигрывать с Дукатом не закончится для вас ничем хорошим!
Баширу почудилось тщательно скрываемое беспокойство за внешним осуждением, и он потянулся успокаивающе погладить Гарака по локтю, но в последний момент изменил движение, поднял руку и сжал переносицу. Как будто ласковый жест мог его в чём-то уличить.
– Что значит «заигрывать»? – ворчливо спросил Башир. – Надеюсь, ты не вообразил опять что-нибудь про мою сексуальную неудовлетворённость?
На лице Гарака отразился неподдельный ужас пополам с отвращением.
– Я никогда бы не подумал о вас настолько дурно, – сухо сообщил он. – С чего вы вообще решили, что я… – несколько секунд Гарак с недоумением рассматривал Башира. – Не может же у вас в самом деле возникнуть проблема такого плана только потому, что вы не можете найти партнёра? Хотя если это так, как я уже предлагал…
– Нет, – с досадой отрезал Башир. – У меня всё в порядке, – ему опять стало остро неприятно.
Для Башира было нормально получать случайный секс, секс без обязательств, или «по дружбе», или ради эксперимента, или для развлечения, или только ради разрядки, но ему всегда требовалось знать, что партнёр разделяет его отношение. Он не спал с влюблёнными в него людьми, если сам не испытывал того же чувства. И он не мог принять предложение помощи с банальным физиологическим удовлетворением в то время, когда сам хотел чего-то определённо другого. Эта несимметричность отношения Гарака по сравнению с его собственным, раздражала Башира, пусть даже Гарак тоже был привязан к нему в какой-то степени, в принципе доступной для расистски настроенного кардассианца по отношению к представителю другой расы.
Башир тряхнул головой и заметил, что Гарак уже какое-то время внимательно изучал на него. Он поспешно постарался придать себе невозмутимый вид.
– Я не собираюсь доверять Дукату и не заинтересован в нём лично. Я просто хочу использовать всё возможное для осуществления наших планов, не больше.
Гарак отвёл взгляд и примирительно кивнул.
– Я доверюсь вашему благоразумию, мой дорогой. А теперь вам пора пообедать.

@темы: Элим Гарак, Фанфик, Скрейн Дукат, Одо, Кира Нерис, Джулиан Башир, Гарак/Башир, Вейюн, PG-13

Комментарии
2015-06-02 в 18:38 

SOU:
Да, милок, я хочу быть бякой! Конечно, говорю, у меня в пюре комков не бывает! (с)
Бедный Дамар. Ну и напарничек у него будет))))
Очень интересная глава, с удовольствием прочитал.

2015-06-02 в 20:06 

Botan-chan
Пишу за фидбэк.
SOU:, Дамар сам виноват :evil:
Всегда рада )))

     

For Cardassia!

главная